oliver_queen92 (oliver_queen92) wrote,
oliver_queen92
oliver_queen92

ОПЕРАЦИЯ «ОРЛИНЫЙ КОГОТЬ». ИРАН, 24 АПРЕЛЯ 1980 ГОДА. Часть 1.

Оригинал взят у mr_garett в ОПЕРАЦИЯ «ОРЛИНЫЙ КОГОТЬ». ИРАН, 24 АПРЕЛЯ 1980 ГОДА. Часть 1.

25 апреля 1980 года, мир узнал о крахе военной операции по спасению американских дипломатов, взятых в заложники исламскими террористами в Тегеране.

Операция называлась “Коготь Орла”, и ее провал символизировал, по крайней мере, в глазах исламского мира, начало заката всемирной американской империи.

53 американских дипломата, включая временного поверенного в делах США в Иране, главу местной резидентуры ЦРУ и нескольких американских разведчиков, работавших под дипломатическим прикрытием, были взяты в заложники “революционными исламскими студентами” 4 ноября 1979 года.

Студенты требовали немедленного возвращения в Иран шаха Резы Пахлави и “извинений американских империалистов” за причиненные иранскому народу страдания.

Администрация президента Картера, проявлявшая редкую бесхребетность, пыталась вести безуспешные переговоры об освобождении заложников. Захват заложников, однако, вызвал беспрецедентую волну патриотизма в Америке, и, одновременно, самые негативные чувства по отношению к новому режиму в Тегеране. Внешние активы Ирана были заморожены специальным актом Конгресса, а жившие в США иранцы боялись публично говорить о стране своего рождения.

Общественное мнение и давление военных вынудило Картера согласиться с предложением секретных служб о силовом освобождении заложников.

Планирование и тайминг операции были чрезвычайно сложны. Американцы решили развернуть временный пункт по заправке горючим в иранской пустыне Язд близ города Табас. 4 американских транспортных самолета “Геркулес” должны были доставить на базу горючее, необходимое для дозаправки 8 (первоначально 9) вертолетов CH-53 Sea Stallion. Вертолеты позднее должны были перебросить американский спецназ на следующую временную взлетно-посадочную полосу близ Тегерана.

0_27cf2_f867eb04_l.jpg

Sea Stallion были выбраны потому, что обладали наибольшей дальностью полета. Они могли достигнуть заправочного пункта в пустыне самостоятельно, вылетев с авианосца в Персидском заливе. Пилоты вертолетов, однако, не обладали опытом полетов в условиях гор и пустыни.

Высаженный вертолетами спецназ должен был быть погружен в уже купленные агентами ЦРУ в Иране грузовики-фургоны и ночью доставлен к посольству и к здания МИДа. После освобождения заложников всех должны были доставить к стадиону Амджадия.
Оттуда заложники и солдаты должны были быть эвакуированы на авиабазу Манзария в окрестностях Тегерана. Манзария должна была быть предварительно захвачена другой группой американского спецназа. Вся операция в Тегеране и вокруг него должна была прикрываться американскими штурмовиками с воздуха и сопровождаться диверсией и отключением электричества в Тегеране. С авиабазы Манзария все солдаты и заложники должны были быть эвакуированы на военно-транспортных самолетах “Геркулес”, опять-таки под прикрытием американских истребителей.

90 дней спутники-шпионы США наблюдали за отдаленным районом пустыни Дашт-э-Кавир. Именно здесь было решено организовать базу освобождения американских дипломатов в Тегеране. За все это время по дороге, ведущий из Кума в Мешад проехали только два автомобиля.
Именно здесь должны были приземлиться шесть военно-транспортных самолетов С-130 с горючим, спецназом и оборудованием, необходимым для успешного завершения операции. Сюда с авианосца Nimitz в Персидском заливе должны были прилететь 8 вертолетов Sea Stallion, на которых американский десант будет переброшен в Тегеран.

Карта.jpg
План операции в представлении американских аналитиков.
Прежде чем приступить к этой операции, даже описание которой выглядит достаточно сложным делом, ЦРУ послали в Иран майора ВВС Джона Карни. Майор летел на легком шпионском самолете. Он должен был удостовериться, что почва в районе предполагаемой импровизированной взлетно-посадочной полосы достаточно тверда, и что С-130 не увязнут в песке.

Высадившись, Карни обозначил четырьмя инфракрасными датчиками квадрат, в котором должны были приземлиться самолеты. Датчики не были видны невооруженным глазом, но при подлете к заданному участку летчики могли включить их с помощью пульта дистанционного управления и увидеть их в приборах ночного видения. Карни тщательно проверил поле между датчиками, убедился, что почва достаточно тверда, и что посреди поля нет куч мусора и опасных ям. По его мнению, площадка была “практически идеально ровной”. Пока Карни работал, мимо него проехали два иранских автомобиля. Никто его не заметил.

Карни успешно завершил миссию, вернулся вместе на самолете ЦРУ в Оман, и затем сразу вылетел в Лондон. Образцы привезенной им почвы были изучены и одобрены. Необычная активность иранских автомобилей в ту ночь, когда Карни готовил взлетное поле была объяснена как “аномалия”, и забыта. Местоположение базы Desert One было окончательно одобрено.

Одновременно, группа американских оперативников во главе с майором Диком Мидоуз проникла в Тегеран. Мидоуз играл роль ирландского бизнесмена, а его команда изображала “группу предпринимателей из ФРГ”. Они проверили скрытые посадочные площадки в горах близ Тегерана, на которые должны были прибыть штурмовые группы Дельта Форс из пустыни непосредственно перед началом штурма здания американского посольства и иранского МИДа, где отдельно от других удерживался временный поверенный в делах США и сопровождавшие его лица. Они несколько дней и ночей наблюдали за порядком охраны здания посольства и остались довольны результатами. “Германские бизнесмены” ухитрились посетить здание МИДа, и, согласно их рекомендации, штурмовая группа для МИДа была значительно увеличена.

Дельта Форс на базе морской пехоты в Калифорнии, между тем, занимались бесконечной отработкой сложной миссии. Спецназовцам казалось, что они могут выполнить все необходимые стадии уже во сне. По плану, десантники, силой освободив заложников, должны были доставить их на стадион Амджадия, находившийся через дорогу от посольства.

Американцев поджимало время. Иранские ночи с наступлением весны становились все короче, отбирая у военных столь необходимые им ночные часы. В дипломатическом и моральном плане американское унижение достигло предела. В те времена была популярна следующая шутка о встрече Джимми Картера с духом легендарного президента-империалиста Теодора Рузвельта: “Рузвельт спрашивает Картера: Джимми, рассказывай, как дела? Картер: Ну вот, русские вторглись в Афганистан. Рузвельт: Сколько ядерных бомб ты на них сбросил? Картер: мы бойкотируем Олимпиаду. Рузвельт: Что еще? Картер: Иранцы захватили 53 американских дипломата заложниками в Тегеране. Рузвельт: Что? Сколько бомбардировщиков бомбят Иран? Сколько дивизий ты послал? Картер: Ни одной. Мы пытаемся использовать средства дипломатического сдерживания. Рузвельт: Ага, следующая шутка, которую мне расскажут – Америка подарила Панамский канал!”

Джимми Картер и его советники не могли адекватно воспринять Иран, потому что Ираном теперь правили неадекватные люди. Иран раздирали внутренние конфликты – между исламистами и левой герильей, между государством и вооруженными этническими милициями. На горизонте маячил Саддам с его территориальными претензиями, а соседний Афганистан только что оккупировали советские войска. В этих условиях, с точки зрения Картера, Бжезинского и любого рационального политика Ирану, независимо от идеологической и религиозной ориентации, необходимы были источники оружия и финансов – и альтернативы Америке не существовало. Несколько десятков американских заложников просто не стоили лобового столкновения с США, при отсутствии другого, сравнимого по мощи союзника.

Президент Бани-Садр пообещал Картеру, что заложников переведут в МИД, что породило кратковременную эйфорию в Белом Доме. Бани-Садр потребовал также, что судьбу заложников должен окончательно решить меджелис – еще не выбранный и не созванный, и до того момента, когда это случится, Америка “должна воздерживаться от враждебных заявлений”. Картер тихо согласился и с этим унизительным требованием.

Заложников, однако, в здание МИДа не перевели, что показывало силу аятолл и слабость марионеточного правительства Ирана. Картер, по его собственному признанию, “чувствовал себя идиотом”. Обман Бани-Садра стал последней каплей, переполнившей чашу терпения президента-мученика.

По решению администрации, дипломатические отношения с Ираном были наконец разорваны и иранские дипломаты высланы из Америки – включая тех, кто просил о политическом убежище.


Аятолла Хомейни.

Имам Хомейни прокомментировал разрыв дипотношений так: “Единственный достойный поступок, совершенный президентом Картером в пользу угнетенных народов”.

Кратковременные и успешные экскурсии Джона Карни и Джима Мидоуз в Иран имели огромный резонанс в Вашингтоне. Секретные явки, районы сбора, грузовики для перевозки Дельта Форс и заложников были готовы.

Единственной альтернативой посылке спецназа в Тегеран, в военном отношении, была морская блокада Ирана и минирование его портов. И военные и дипломаты, однако, соглашались в том, что это не вернет Америке ее заложников – и если вернет , то только в гробах.

Картер и Бжезинский некоторое время поигрались с идеей ответного захвата иранских заложников на территории США, но быстро от нее отказались. Американцы боялись, что непредсказуемые аятоллы начнут расстреливать заложников. Никто не знал , как поступать с иранскими заложниками в этом случае. Бжезинский мрачно прокомментировал: “Они всегда могут вывалиться из вертолета в Красное море по дороге домой”.

Командовать военной экспедицией по освобождению заложников был назначен создатель Дельта Форс полковник Бэквиз. Всю свою жизнь и всю свою карьеру он посвятил созданию этой элитной боевой группы. Годы тренировок и подготовки должны были увенчаться сложной и блестящей операцией, аналога которой не существовало в анналах военной истории. Бэквиз был вызван в Белый дом, где рассказал все подробности плана Картера. В конце разговора он сказал: “Господин президент, от имени моих людей, я надеюсь, что вы позволите нам сделать это”.

Восемь вертолетов ждали под палубой авианосца. С-130 должны были вылететь из Вади Кена – заброшенной советской взлетно-посадочной полосы в Египте, приземлиться на острове Масирах, близ побережья Омана.

Nadvigaetsya-peschanaya-burya(oboibox_ru).jpg
Ужас пустыни - песчаная буря.

Миссия была назначена на ночь 24 апреля 1980 года.

Военно-транспортные “Геркулесы”, использовавшиеся для иранской экспедиции, были переоборудованы. Из первого С-130, летевшего к Desert One было убрано все, включая скамейки для десантников. В самолет были загружены джип, пять мотоциклов, система навигации, алюминиевые пластины, на которых должен был стоять самолет во время ожидания в пустыне, чтобы не провалиться в песок, полковник Бэквиз и 74 спецназовца Дельта Форс.

У границы “Геркулес” шел на высоте менее 100 метров, дабы уклониться от установленных самими американцами радаров береговой охраны. После этого самолет поднялся на высоту тысяча метров, что продолжало оставаться опасным – полет проходил над горами Заграс и радар в кабине пилотов постоянно предупреждающе звенел.

Бэквиз, после того, как было принято окончательное решение перебрасывать в Иран солдат на “Геркулесах”, а не на вертолетах, увеличил количество людей, принимающих участие в миссии за счет рейнджеров из Форт Беннинг. Задачей рейнджеров была охрана периметра Desert One, в том числе от возможного воздушного нападения иранцев, в случае обнаружения базы. Рейнджерами командовал капитан Ваде Ишимото, офицер разведки Дельта Форс. Рейнджеры, по плану, должны были последними покинуть Иран. На борту первого самолета также находились 13 человек из армейского спецназа. Они должны были взять штурмом здание МИДа и освободить американского временного поверенного Брюса Лэйнгена и сопровождавших его Виктора Томсета и Майкла Хаулэнда. В Иран снова летел майор ВВС Джон Карни. Он командовал небольшим переносным диспетчерским пунктом ВВС, который должен был координировать сложные маневры самолетов и вертолетов миссии спасения в иранском воздушном пространстве. В состав экспедиции входило 132 человека.

За первым С-130 Бэквиза следовали еще пять “Геркулесов”. В одном летел остаток спецназа, не поместившийся в первый самолет, четыре остальных везли в гигантских резиновых резервуарах авиационное топливо, необходимое для обратного путешествия.
В Вади Кена, Египет, ЦРУ устроило брифинг для членов экспедиции. Были сообщены новые важные подробности – большее количество заложников, чем предполагалось ранее, находились в здании канцелярии посольства.

Большинство спецназовцев Бэквиза отрастили длинные волосы, усы и бороды. Они были одеты в джинсы, тяжелые ботинки и полувоенные черные куртки с множеством карманов. Внешне они мало чем отличались от студентов, захвативших американских дипломатов в заложники. Одним из сценариев освобождения заложников было их похищение” конкурирующей вооруженной студенческой фракцией. По Женевской конвенции солдаты ( в отличие от шпионов) должны быть одеты военную форму. Дабы соблюсти это условие, у каждого на рукаве был американский флаг, прикрытый, однако, полоской ткани на липучке.
Вместе с Дельтой на “Геркулесах” летели несколько иранских добровольцев (все – американские граждане), а также два беглых иранских генерала. Один бывший агент САВАК, прошедший многомесячную подготовку “чтобы пристрелить нескольких фанатиков Хомейни” в последний момент перепугался и не полетел. Задачей людей, говоривших на фарси, было вести грузовики с “Дельтой” в Тегеран и по дороге заговаривать зубы охране блок-постов. Иранские генералы, в случае возникновения неожиданных затруднений, должны были сыграть роль высших офицеров разведки режима, и напустив на себя присущую важность, рассказать оппонентам, что те являются свидетелями тайной тренировки иранских элитных подразделений.

Иранцы не засекли радарами первый “Геркулес”. Они, однако, заметили полет 4 “Геркулесов” с горючим, но решили, что речь идет об иранских самолетах. Нация ждала американского вторжения, но явно не на турбовинтовых тихоходах.

Приближаясь к Desert One пилоты первого самолета заметили странные облака молочного цвета. Сначала их вообще приняли за легкую дымку. Летчики позвали в кабину Джона Карни, который уже считался специалистом по Ирану. Они спросили его : “Что это за штука там?” Карни подумав, ответил : “Хабуб”. Летчики засмеялись над неизвестным и странным словом. Они не знали, что хабуб похоронит их миссию.

Карни слышал про хабуб раньше, от пилотов ЦРУ, с которыми летал на разведку. Изменяющееся атмосферное давление в пустыне приводит к тому, что мельчайшие частицы песка поднимаются в воздух и висят в нем, иногда на высоте несколько тысяч метров, образуя вертикальное облако. Хабуб вряд ли мог навредить большим самолетам, но мог оказаться проблемой для вертолетов. Карни, подумав об этом, немедленно доложил на командный пункт в Вади Кена.

Карни сильно удивился тому, насколько мягко произошла посадка. Главной причиной был мельчайший песок, но и он же мог стать причиной дальнейших осложнений, когда несколько десятков работающих пропеллеров могли создать ( и создали) настоящую песчаную бурю.


Дислокация транспортных средств ВВС США послед высадки. 25 апреля 1980

Как только “Геркулес” приземлился, капитан Ишимото и его люди немедленно выкатили джип и мотоциклы. Они увидели, что по пустынной дороге удирает цистерна и пикап. На цистерне, по всей видимости , везли ворованный бензин. “Дельта” не могла позволить увидавшим ее иранцам уйти.

На этом неприятности не закончились, а только начались. Пропеллеры “Геркулеса” еще вращались, когда один из шокированных коммандос увидел, что прямо на них едет иранский автобус. Это был большой Мерседес, набитый изумленными иранцами, которые еще раз подтвердили главный закон ведения военных действий – абсолютную определенность того, что непредсказуемое и неожидаемое случится, в самый неподходящий момент. И момент был критическим. Один из членов группы Ишимото поняв, что цистерну не догнать, выпустил по ней противотанковую ракету. Поскольку он был профессионалом, ракета взорвалась, и цистерна взорвалась тоже. Один из находившихся в кабине иранцев успел выскочить и залезть в сопровождающий пикап, на котором и скрылся от преследователей.

Секретная американская база в сердце иранской пустыни была внезапно освещена как футбольный матч в пятницу вечером в родном Техасе. Солдаты поснимали приборы ночного видения – в них больше не было никакой надобности.

Автобус Мерседес между тем, остановился – с простреленным радиатором и простреленными шинами. Дельта Форс, не без труда, вывела из автобусов и обыскала 40 ошеломленных иранцев. Это были простые люди, автобус ехал из Язда в Табас. Оружия у них не было. Только один из них говорил по-английски, он сразу понял, что речь идет об американцах.

Вопрос о том, что делать с иранцами обсуждался немедленно и на самом высшем уровне – в Белом Доме. Бжезински рассказал обо все Картеру, и тот постановил, что единственное возможное решение – забрать пассажиров автобуса с собой на одном из “Геркулесов” и репатриировать их в Иран только после окончания операции.

Тем временем один из иранских генералов, решив , что дела пошли плохо, выкинул свой посеребренный револьвер в песок. Значительные время и усилия ушли на поиск пропавшего оружия – Бэквиз боялся, что револьвер мог найти один из пассажиров и тайно пронести его на борт “Геркулеса”. Поиски ничего не дали.

1396439988_24551.jpg
Та самая цистерна с ворованным бензином.

Второй С-130 с остатками Дельт Форс под командованием капитана Барраса зашел на посадку точно по расписанию. Один из ветеранов, Фитч, приветствовал шокированного бензиновым фейерверком офицера словами “Добро пожаловать в третью мировую войну!”.

По материалам Mark Bowden Guests of Ayatollah. Перевод postskriptum.org
Tags: mr_garett
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments